+7 (499) 110-86-37Москва и область +7 (812) 426-14-07 Доб. 366Санкт-Петербург и область

Задачи из суд практики по 4 статье гк

Задачи из суд практики по 4 статье гк

В течение последних двадцати лет отношение к интеллектуальной собственности в нашей стране постоянно менялось. В советское время интеллектуальная собственность существовала как общественное социально-экономическое явление, но вопрос о владельце этой собственности, ее денежной оценке практически не возникал, так как тогда у этой собственности был один владелец — государство. Преобразования в социально-экономической жизни нашей страны в е годы привели к изменению официальных взглядов на интеллектуальную собственность. С года создается ориентированное на рыночную экономику законодательство в области интеллектуальной собственности. Результаты интеллектуальной деятельности человека в ХХ веке стали важнейшим фактором в изменении российской судебной системы, с тем, чтобы она могла обеспечивать эффективную защиту интеллектуальных прав.

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения юридических вопросов, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - обращайтесь в форму онлайн-консультанта справа или звоните по телефонам, представленным на сайте. Это быстро и бесплатно!

Содержание:

Информационные письма Президиума ВАС РФ

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации рассмотрел Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре, и в соответствии со статьёй 16 Федерального конституционного закона от Тот факт, что банк является участником программы государственной поддержки сельскохозяйственных производителей, предусматривающей субсидирование процентной ставки по кредиту за счёт бюджета субъекта Российской Федерации, не означает, что к кредитным договорам, заключаемым в рамках такой программы, могут быть применены положения Гражданского кодекса Российской Федерации о публичном договоре.

Глава крестьянского фермерского хозяйства обратился в арбитражный суд далее - суд с иском к банку о понуждении к заключению кредитного договора.

В исковом заявлении глава крестьянского фермерского хозяйства указал, что он обратился в банк с заявлением о выдаче кредита, однако в заключении кредитного договора ему было отказано.

Истец полагал, что ответчик был обязан заключить с ним кредитный договор, так как банк является участником государственной программы финансовой поддержки производителей сельскохозяйственной продукции, реализуемой субъектом Российской Федерации, а сам истец соответствует предъявляемым к заёмщикам требованиям, содержащимся в нормативных актах, регулирующих названную программу. Банк возражал против удовлетворения искового требования, полагая, что у него отсутствует обязанность по заключению кредитного договора с истцом, так как характер деятельности банка по выдаче кредитов не предполагает, что он должен заключать такие договоры с каждым, кто к нему обратится.

Суд первой инстанции исковое требование удовлетворил, сочтя, что спорный договор является публичным договором, и указав, что в силу самого факта участия в государственной программе поддержки сельскохозяйственных производителей, заключающейся в предоставлении заёмщикам кредитов, процентная ставка по которым субсидируется бюджетом субъекта Российской Федерации, банк обязан заключать кредитные договоры с любым заёмщиком, осуществляющим предпринимательскую деятельность в сфере сельского хозяйства и соответствующим установленным программой критериям, предъявляемым к заёмщикам.

Суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставил без изменения, дополнительно отметив, что банк не представил доказательств невозможности выдачи кредита лицу, обратившемуся с заявлением о заключении кредитного договора, поэтому к отношениям между истцом и ответчиком подлежит применению абзац второй пункта 3 статьи ГК РФ.

Суд кассационной инстанции указанные судебные акты отменил, в удовлетворении искового требования отказал по следующим основаниям. В соответствии со статьёй 1 Федерального закона от Предпринимательская деятельность банков регулируется в том числе законодательством о банковском надзоре, задачей которого является обеспечение финансовой надёжности кредитной организации путём установления требований к размещению банком денежных средств в виде кредитов часть 2 статьи 24 Закона о банках.

В связи с этим кредитный договор не может быть отнесен к числу публичных договоров. Само по себе участие банка в государственной программе поддержки сельскохозяйственных производителей не изменяет природу кредитного договора.

Суд кассационной инстанции подчеркнул, что из нормативных актов, регулирующих реализацию данной программы, не вытекает обязанность банка заключить кредитный договор. Более того, из названных актов следует, что выдача кредитов банками - участниками программы - осуществляется за счёт средств банка после подписания кредитного договора, наличие основания для заключения которого определяется в соответствии с действующим законодательством и внутренними правилами банка. В связи с тем, что при заключении кредитного договора заёмщик был фактически лишён возможности влиять на содержание договора, проект которого был разработан банком и содержал в себе условия, существенным образом нарушающие баланс интересов сторон, суд вправе применить к такому договору положения статьи ГК РФ о договорах присоединения.

Индивидуальный предприниматель обратился с иском к банку об изменении кредитного договора путём исключения из него положения, устанавливающего право банка в одностороннем порядке по своему усмотрению и без объяснения заёмщику причин отказать в выдаче кредита либо выдать кредит в меньшем размере, по своему усмотрению и без объяснения причин увеличивать размер процентов за пользование кредитом, а также сокращать срок возврата кредита.

Обосновывая требование об изменении кредитного договора, истец указал, что спорный договор является договором присоединения, поэтому к отношениям между предпринимателем и банком могут быть применены положения статьи ГК РФ о праве присоединившейся к договору стороны потребовать изменения договора, содержащего условия, существенным образом нарушающие баланс интересов сторон и потому явно обременительные для данной стороны.

Суд первой инстанции в удовлетворении искового требования отказал, сочтя, что спорный кредитный договор не может рассматриваться в качестве договора присоединения, так как договоры присоединения заключаются, как правило, с гражданами для целей удовлетворения их личных бытовых нужд. Кроме того, суд отметил, что предприниматель как участник переговоров о заключении кредитного договора был вправе предлагать свои варианты условий договора. Суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставил без изменения, указав, что в соответствии с пунктом 3 статьи ГК РФ требование об изменении договора не может быть удовлетворено, если сторона, которая присоединилась к договору в связи с осуществлением своей предпринимательской деятельности, знала или должна была знать, на каких условиях она заключает договор.

Суд также отметил, что у предпринимателя была возможность заключить кредитный договор не только с данной кредитной организацией, но и с любым другим банком. В такой ситуации заёмщик не вправе ссылаться на несправедливость договорных условий и требовать их изменения. Суд кассационной инстанции решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменил, исковое требование удовлетворил, руководствуясь следующим.

По смыслу пункта 1 статьи ГК РФ путём присоединения может быть заключён любой гражданско-правовой договор вне зависимости от состава сторон договора и целей, преследуемых при его заключении. В материалах дела имеются доказательства того, что при заключении кредитного договора предприниматель предлагал банку изложить часть пунктов договора в том числе оспариваемых пунктов в иной редакции, чем та, которая была предложена ему банком для подписания.

Однако предпринимателю в этом было отказано со ссылкой на внутренние правила, утверждённые председателем правления банка, не допускающие внесения в проект кредитного договора изменений по сравнению с разработанной и утверждённой формой договора в случае, если предметом договора является типовой кредитный продукт, к числу которых сам банк отнёс и кредиты, выдаваемые малым предпринимателям для целей пополнения оборотных средств.

Поэтому договор был заключён на условиях банка. Суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что у предпринимателя отсутствовала фактическая возможность влиять на содержание условий кредитного договора, поэтому он принял условия кредита путём присоединения к предложенному договору в целом, в том числе с учётом оспариваемых условий.

При этом тот факт, что в договоре имелись и условия, согласованные сторонами индивидуально сумма кредита, сроки возврата и т. Суд признал, что положения кредитного договора, об исключении которых просил истец, содержат явно обременительные условия для присоединившейся стороны, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у неё возможности участвовать в определении условий договора.

Спорные положения договора не соответствуют принципу добросовестности в коммерческой деятельности, они явно обременительны для заёмщика, поэтому существенным образом нарушают баланс интересов сторон кредитного договора, так как предоставляют кредитору возможность в одностороннем порядке изменять согласованные сторонами условия договора, которые являются существенными для договоров такого вида.

Суд также отметил, что в договоре не предусмотрена возможность заёмщика, не согласного с изменением условий кредитования, без согласия кредитора досрочно возвратить кредит на прежних условиях и тем самым прекратить отношения с банком, напротив, досрочный возврат кредита по инициативе заёмщика договором запрещён.

Постановлением суда кассационной инстанции кредитный договор был изменён, спорные пункты исключены. Кроме того, суд кассационной инстанции в постановлении подчеркнул, что изменение кредитного договора данным судебным актом означает, что спорные пункты договора утрачивают силу с момента принятия этого судебного акта часть 5 статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При реализации предусмотренного кредитным договором права в одностороннем порядке изменять условия кредитования банк должен действовать, исходя из принципов разумности и добросовестности.

Между банком и обществом с ограниченной ответственностью был заключён кредитный договор, согласно которому обществу предоставлялся кредит со сроком возврата по истечении трёх лет с момента его выдачи, сторонами также согласован график возврата кредита. Кроме того, в договоре было предусмотрено, что условия кредитования в части определения суммы кредита, процентов за пользование кредитом и срока возврата кредита могут быть изменены банком в одностороннем порядке путём направления заёмщику соответствующего уведомления; условия договора считаются изменёнными с момента получения заёмщиком уведомления.

По прошествии четырёх месяцев с момента выдачи кредита банк, руководствуясь положениями кредитного договора о праве в одностороннем порядке изменять его условия, сообщил обществу о том, что принял решение о сокращении срока, на который был выдан кредит, - до пяти месяцев с момента выдачи кредита, об изменении графика возврата кредита и обязании заёмщика единовременно возвратить всю сумму кредита, об увеличении в два раза процентов за пользование кредитом.

Так как в указанный срок кредит возвращён не был, банк обратился в суд с требованием о взыскании суммы кредита, процентов за пользование кредитом и неустойки за просрочку возврата кредита. Как установил суд первой инстанции, обязательства по выдаче кредита банк исполнил надлежащим образом.

Уведомление об изменении условий кредитного договора заёмщик получил, однако обязательство по возврату кредита на изменённых условиях не исполнил. Суд отклонил довод ответчика о том, что банк изменил условия кредитного договора без какой-либо мотивировки, и указал: из положений договора, заключённого сторонами, вытекает, что, изменяя в одностороннем порядке условия кредитования, банк вообще не должен доводить до заёмщика мотивы, которыми он руководствовался при принятии такого решения.

Таким образом, названные мотивы не имеют какого-либо юридического значения. Иск банка был удовлетворён в полном объёме. Суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменил, в иске отказал по следующим основаниям.

Суд апелляционной инстанции признал неверным вывод суда первой инстанции о том, что если в договоре предусмотрено право одной из сторон в одностороннем порядке изменять условия договора, то обоснование решения об изменении условий договора не имеет юридического значения. В соответствии со статьёй ГК РФ, а также частью 2 статьи 29 Закона о банках процентные ставки по кредитам, а также срок кредитования могут быть изменены банком в одностороннем порядке в случае, если это предусмотрено договором с заёмщиком.

Однако данные положения не означают, что сторона договора, уведомлённая об изменении условий договора и не согласная с такими изменениями, не может доказать, что одностороннее изменение договорных условий нарушает разумный баланс прав и обязанностей сторон договора, противоречит устоявшимся деловым обыкновениям либо иным образом нарушает основополагающие частноправовые принципы разумности и добросовестности.

Суд апелляционной инстанции указал, что исходя из доказательств, представленных банком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, банк обоснованно принял решение о сокращении срока, на который заёмщику был выдан кредит, в связи с резким увеличением риска невозврата кредита. Так, банк представил доказательства того, что в отношении одного из учредителей заёмщика, также являющегося единоличным исполнительным органом общества, было возбуждено уголовное дело по факту совершения им преступлений в сфере экономической деятельности воспрепятствование осуществлению или незаконное ограничение прав владельцев ценных бумаг, фальсификация решения общего собрания акционеров участников хозяйственного общества и он объявлен органами внутренних дел в розыск.

По мнению суда апелляционной инстанции, данные факты являются достаточными для обоснованных предположений о том, что обязательство по возврату кредита может не быть исполнено надлежащим образом, поэтому действия банка по защите своих имущественных интересов, выразившиеся в существенном сокращении срока возврата кредита, являются правомерными. Вместе с тем суд апелляционной инстанции счёл, что, устанавливая новый срок для возврата кредита, банк действовал с нарушением принципа разумности.

Так, назначенный банком срок, в который заёмщик должен был возвратить всю сумму кредита, наступал спустя два дня после получения заёмщиком уведомления банка об изменении условий кредитного договора. Поскольку сумма кредита, подлежащая возврату, достигает величины совокупной выручки заёмщика за год, предшествовавший выдаче кредита, назначение банком нового срока возврата кредита привело к тому, что обязательство заёмщика по возврату кредита стало заведомо неисполнимым.

Кроме того, суд указал, что увеличение банком ставки процентов по кредиту в два раза не может расцениваться как разумное и добросовестное действие, так как в рассматриваемом деле столь резкое увеличение процента по кредиту само по себе не могло привести к защите имущественного интереса банка; новый размер процентов по кредиту существенно превышает среднюю плату по банковским кредитам, установившуюся в месте нахождения банка.

Названные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствуют о наличии в действиях банка признаков злоупотребления правом. В связи с этим суд, руководствуясь пунктом 3 статьи 10 ГК РФ, в удовлетворении иска отказал. Суд кассационной инстанции постановление суда апелляционной инстанции оставил без изменения, кассационную жалобу банка - без удовлетворения. Банк имеет право на получение отдельного вознаграждения комиссии наряду с процентами за пользование кредитом в том случае, если оно установлено за оказание самостоятельной услуги клиенту.

В остальных случаях суд оценивает, могут ли указанные комиссии быть отнесены к плате за пользование кредитом. Общество с ограниченной ответственностью - заёмщик - обратилось в суд с иском к банку о возврате денежной суммы, составляющей суммы комиссий, уплаченных по кредитному договору, полагая, что комиссии были установлены банком незаконно, в частности с нарушением положений статьи ГК РФ и статьи 29 Закона о банках.

Банк возражал против удовлетворения иска, указывая, что денежные средства, составляющие комиссии банка, были уплачены заёмщиком по действительному кредитному договору, который не был в судебном порядке признан недействительным или незаключённым.

Суд первой инстанции в удовлетворении искового требования отказал, сославшись на то, что, подписав кредитный договор, общество тем самым выразило согласие с содержащимися в нём условиями о комиссиях, взимаемых банком за рассмотрение кредитной заявки, выдачу кредита, поддержание лимита кредитной линии, ведение ссудного счета.

Суд установил, что обязанность заёмщика по уплате всех перечисленных комиссий была исполнена путем списания денежных средств с его расчётного счёта, открытого в банке-кредиторе, причём заёмщик предварительно дал банку согласие на безакцептное списание денежных средств с данного счёта.

Суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменил, иск удовлетворил, указав, что ни ГК РФ, ни иными нормативными актами Российской Федерации включение таких комиссий в кредитный договор не предусмотрено, поэтому соответствующие условия кредитного договора являются ничтожными и банк обязан возвратить заёмщику денежные средства, составляющие суммы перечисленных комиссий статья ГК РФ.

Суд кассационной инстанции постановление суда апелляционной инстанции отменил, удовлетворив иск частично. Суд кассационной инстанции счёл, что вывод суда апелляционной инстанции о ничтожности соответствующих условий кредитного договора в связи с тем, что возможность взимания спорных комиссий не установлена в законе, не соответствует действующему законодательству, в частности положениям статьи ГК РФ, в силу пункта 4 которой условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Действующее законодательство не содержит положений, запрещающих взимание комиссий за совершение банками каких-либо действий или операций в рамках исполнения кредитного договора. Следовательно, квалификация упомянутых условий кредитного договора как ничтожных по причине отсутствия в законе нормы, разрешающей включение в договор подобного рода условий, является ошибочной.

Для разрешения данного спора необходимо определить природу комиссий, взимаемых банком с заёмщика. В договоре, из которого возник спор, комиссии были установлены банком за совершение таких действий, которые непосредственно не создают для клиента банка какого-либо отдельного имущественного блага, не связанного с заключённым сторонами кредитным договором, или иного полезного эффекта, поэтому не являются услугой в смысле ГК РФ.

Однако само по себе это не означает, что суммы таких комиссий, уплаченных заёмщиком - юридическим лицом, подлежат возврату. Суд кассационной инстанции указал, что условия договора о тех комиссиях, обязанность по уплате которых является периодической, а сумма определяется как процент от остатка задолженности заёмщика перед банком на дату платежа комиссия за поддержание лимита кредитной линии, за ведение ссудного счёта , являются притворными, они прикрывают договорённость сторон о плате за кредит, которая складывается из размера процентов, установленных в договоре, а также всех названных в договоре комиссий.

Суд указал, что поскольку воля сторон кредитного договора была направлена на то, чтобы заключить договор с такой формулировкой условия о плате за предоставленный кредит, а закон, запрещающий включение подобных условий в кредитный договор, отсутствует, данное прикрываемое условие договора не может быть признано недействительным. Иные же комиссии комиссия за рассмотрение кредитной заявки, за выдачу кредита по условиям договора уплачиваются единовременно при выдаче кредита из денежных средств, подлежащих зачислению на счёт заёмщика, поэтому подлежат оценке судом на предмет того, взимаются ли они за совершение банком действий, которые являются самостоятельной услугой, создающей для заёмщика какое-либо дополнительное благо или иной полезный эффект.

Суд установил, что в рассматриваемом деле комиссии были предусмотрены за стандартные действия, без совершения которых банк не смог бы заключить и исполнить кредитный договор. Такие условия договора являются ничтожными статья ГК РФ , а денежные суммы, уплаченные банку в их исполнение, подлежат возврату пункт 2 статьи ГК РФ. В другом деле суд признал, что установление в договоре банковского счёта ежемесячной комиссии за возможность кредитования расчётного счёта овердрафт является правомерным, указав, что в этом случае банковская услуга, оплачиваемая клиентом, заключается в предоставлении банком возможности совершить платёж, несмотря на недостаточность или отсутствие денежных средств на расчетном счёте статья ГК РФ.

Суд удовлетворил требование заёмщика о возврате ему части процентов, уплаченных в соответствии с кредитным договором, так как они были уплачены за период, в течение которого пользование денежными средствами уже прекратилось. Индивидуальный предприниматель обратился в суд с иском о возврате части процентов за пользование кредитом, уплаченных им банку по кредитному договору. Суд первой инстанции установил, что между предпринимателем и банком был заключён кредитный договор, по условиям которого кредит возвращается заёмщиком путём ежемесячной уплаты в течение одного года фиксированной денежной суммы, в составе которой в первую очередь учитываются проценты за весь указанный в договоре срок пользования кредита аннуитетный порядок возврата кредита.

Спустя семь месяцев после выдачи кредит погашен заёмщиком досрочно. Истец представил расчёт, из которого вытекало, что проценты, уплаченные им в составе аннуитетных платежей, охватывают в том числе и тот период, в течение которого реальное пользование заёмными денежными средствами не осуществлялось, так как кредит был возвращён досрочно.

Банк возражал против удовлетворения требования, ссылаясь на то, что уплаченные проценты соответствовали условиям договора. Суд удовлетворил исковое требование предпринимателя, руководствуясь следующим. По смыслу статьи ГК РФ проценты являются платой за пользование заёмщиком суммой займа.

Таким образом, проценты, являющиеся платой за пользование денежными средствами, подлежат уплате только за период с даты выдачи кредита и до даты его полного возврата.

Взыскание процентов за период, в котором пользование суммой займа не осуществлялось, не может происходить по правилам названной нормы. Суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении апелляционной жалобы банка, согласился с судом первой инстанции и подчеркнул, что основания для взыскания с предпринимателя не полученных банком доходов отсутствуют, так как заёмщик не нарушил обязательств по кредитному договору.

Разрешая спор о взыскании с заёмщика причитающихся процентов за пользование кредитом, суд учитывает фактические и юридические обстоятельства допущенных нарушений, а также то, привело ли нарушение к образованию у кредитора убытков. Банк предъявил в суд иск о взыскании с заёмщика денежных средств, составляющих сумму задолженности по кредитному договору, включающую в себя сумму кредита и процентов за пользование кредитом, начисленных до дня, когда сумма кредита согласно условиям договора должна была быть возвращена.

Требование обосновано положениями статьи ГК РФ, исходя из которой при невыполнении заёмщиком установленных договором займа обязанностей по обеспечению возврата суммы займа, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий по обстоятельствам, за которые займодавец не отвечает, кредитор вправе потребовать от заёмщика досрочного возврата суммы займа и уплаты причитающихся процентов, если иное не предусмотрено договором.

Истец указал, что основанием для предъявления требования о досрочном возврате кредита является гибель здания, переданного ему третьим лицом в залог в обеспечение исполнения обязательств ответчика по возврату кредита. Заёмщик возражал против удовлетворения иска в части взыскания процентов за пользование кредитом, начисленных в соответствии с условиями кредитного договора до дня возврата суммы кредита, ссылаясь на то, что он надлежащим образом исполняет обязательства по уплате процентов по кредиту, гибель предмета залога произошла не по его вине, поэтому у банка отсутствует право требовать от него уплаты процентов до дня возврата кредита, указанного в договоре.

Суд первой инстанции установил, что по условиям кредитного договора банк выдал заёмщику кредит сроком на два года на следующих условиях: в течение первого года с момента получения кредита выплачиваются только проценты по кредиту, возвращение выданного кредита должно быть осуществлено в течение второго года действия договора. При этом на остаток долга по кредиту ежемесячно начисляются проценты. Обязательства заёмщика по возврату кредита и уплате процентов были обеспечены залогом недвижимого имущества третьего лица.

Однако в связи с тем, что через три месяца после заключения договора предмет залога погиб в результате пожара, а новый предмет залога предоставлен не был, кредитор предъявил требование о досрочном возврате суммы кредита и уплате процентов, причитающихся до дня, когда в соответствии с договором сумма займа должна была быть возвращена.

Верховный суд разрешил менять размер долей собственников

Право наследования, гарантированное частью 4 статьи 35 Конституции Российской Федерации, обеспечивает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством. Руководствуясь статьей Конституции Российской Федерации, статьями 9, 14 Федерального конституционного закона от 7 февраля г. N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", в целях формирования единообразной судебной практики по применению гражданского законодательства о регулировании наследственных отношений Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:. Дела, возникающие из наследственных правоотношений, связаны с переходом имущественных прав и обязанностей в порядке универсального правопреемства от наследодателя к наследникам. Данные дела независимо от субъектного состава их участников и состава наследственного имущества подведомственны судам общей юрисдикции пункт 1 части 1 и часть 3 статьи 22, пункт 5 части 1 статьи 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее - ГПК РФ.

Если для привлечения заведомо невиновного к уголовной ответственности должностное лицо фальсифицирует доказательства, то его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ст. Во исполнение задуманного К. Впоследствии К.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации рассмотрел Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре, и в соответствии со статьёй 16 Федерального конституционного закона от Тот факт, что банк является участником программы государственной поддержки сельскохозяйственных производителей, предусматривающей субсидирование процентной ставки по кредиту за счёт бюджета субъекта Российской Федерации, не означает, что к кредитным договорам, заключаемым в рамках такой программы, могут быть применены положения Гражданского кодекса Российской Федерации о публичном договоре. Глава крестьянского фермерского хозяйства обратился в арбитражный суд далее - суд с иском к банку о понуждении к заключению кредитного договора. В исковом заявлении глава крестьянского фермерского хозяйства указал, что он обратился в банк с заявлением о выдаче кредита, однако в заключении кредитного договора ему было отказано. Истец полагал, что ответчик был обязан заключить с ним кредитный договор, так как банк является участником государственной программы финансовой поддержки производителей сельскохозяйственной продукции, реализуемой субъектом Российской Федерации, а сам истец соответствует предъявляемым к заёмщикам требованиям, содержащимся в нормативных актах, регулирующих названную программу.

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)

В целях обеспечения правильного и единообразного разрешения судами споров об охране и о защите интеллектуальных прав Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля года N 3-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации", постановляет дать следующие разъяснения. Правовое регулирование отношений в сфере интеллектуальной собственности в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации далее - ГК РФ , иными законами и другими правовыми актами об интеллектуальных правах. К числу международных договоров Российской Федерации в сфере интеллектуальной собственности, в частности, относятся:. Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября года - вступила в силу для Российской Федерации 13 марта года;. Всемирная конвенция об авторском праве от 6 сентября года - вступила в силу для Российской Федерации 9 марта года;. Конвенция о распространении несущих программы сигналов, передаваемых через спутники от 21 мая года - вступила в силу для СССР 20 января года;. Договор Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20 декабря года - вступил в силу для Российской Федерации 5 февраля года;. Международная конвенция об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций от 26 октября года - вступила в силу для Российской Федерации 26 мая года;. Марракешский договор об облегчении доступа слепых и лиц с нарушениями зрения или иными ограниченными способностями воспринимать печатную информацию к опубликованным произведениям от 27 июня года - вступил в силу для Российской Федерации 8 мая года;.

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018)

Кирев через суд попросил выделить его долю в праве собственности. И хотя Киреву причитается чуть меньше двух соток земли, он попросил отдать ему 2,65 сотки — поскольку такое выделение соответствует сложившемуся порядку пользования участком и домом. Сахаркова и Волковская возражали: они хотели сохранить 2 сотки участка, на котором расположен дом, в общей долевой собственности. Калужский районный суд Калужской области удовлетворил иск Кирева. Суд отверг вариант ответчиков, поскольку выделение доли в натуре должно прекратить долю выделяющегося сособственника на весь земельный участок, а они предлагали частично сохранить ее.

Если обвиняемый скрылся в ходе судебного разбирательства, суд при наличии ходатайства стороны может рассмотреть уголовное дело в его отсутствие. В этом случае при устранении обстоятельств, указанных в ч.

Лицо, чьи права и законные интересы нарушены строительством и или эксплуатацией самовольной постройки или создана угроза их нарушения, вправе требовать от лиц, допустивших такое нарушение, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. В обоснование исковых требований указано, что стороны проживают в жилом доме 38, который является памятником истории и архитектуры. Ответчикам на праве собственности принадлежит квартира 3, истцу - 4.

Купить систему Заказать демоверсию. Полномочия Верховного Суда Российской Федерации. Статья 2.

.

.

Вопросы действия части четвертой Гражданского кодекса Российской . С учетом положений абзаца третьего пункта 2 части 4 статьи 34 АПК РФ, .. с учетом сложившейся практики его применения (пункт 2 статьи 4, абзац решения технических, организационных или иных задач.

.

.

.

.

.

.

.

Комментарии 3
Спасибо! Ваш комментарий появится после проверки.
Добавить комментарий

  1. Ангелина

    Так і таксі не буде в Україні))))))))))00

  2. Прасковья

    А кто из вас заполнил налоговую декларацию за 2015-й год?

  3. Матвей

    Так сказаьи, за неделю сколько то, каюется 700 евроблях растаможено.

© 2018-2019 kpkremont.ru